Отзывы

Отзыв С.Л.Невелева

О Т З Ы В на диссертацию Л.А.Стрельцовой «“Новая поэзия” в литературах Северо-Восточной Индии (на примере хинди, бенгальского и непальского языков)», представленную на соискание ученой степени кандидата филологических наук по специальности 10.01.03 – литература народов стран зарубежья (литературы стран Азии и Африки)
Диссертационная работа Лилии Александровны Стрельцовой «“Новая поэзия” в литературах Северо-Восточной Индии (на примере хинди, бенгальского и непальского языков)» представляет собой литературоведческое исследование, посвященное установлению художественных особенностей одного из течений в поэзии Северо-Восточного региона Индийского субконтинента. Этот сложный в языковом, литературном и культурном отношении регион объединяет разнообразные литературные традиции, среди которых автор избрал объектом своего исследования так называемую «новую поэзию» 50-х – 70-х годов ХХ века на хинди, бенгальском и непальском языках. Необходимость обращения к данной теме, как справедливо полагает автор работы, объясняется, в частности, тем, что в последние десятилетия внимание культурной общественности региона привлечено к вопросам развития национальных литератур. К настоящему времени накоплен обширный материал, требующий теоретического осмысления методами современного литературоведения.
Диссертационная работа Л.А.Стрельцовой включает, помимо Введения (с. 4-7), четыре главы: глава 1 – «Феномен “новой поэзии” Индии, Бангладеш и Непала» (с. 8-37); глава 2 – «Поэма Г.М. Муктибодха “В темноте” как наиболее репрезентативное произведение “новой поэзии”» (с. 38-95); глава 3 – «“Новая поэзия” хинди» (с. 96-138) и глава 4 – «“Новая поэзия” в бангладешской и непальской литературах» (с. 139-187). Завершают основной корпус исследования Заключение (с. 188-191) и Список использованной литературы (с. 192-197). В качестве Приложения автор представил собственный перевод ряда рассматриваемых в работе произведений.
Организация исследуемого материала нашла свое выражение в выверенной структуре диссертации и выглядит логически безупречной. Отмечена строгостью система внутренней композиции центральных глав (со второй по четвертую), которая включает следующие тематические рубрики: 1) Общие замечания; 2) Специфика воплощения в поэзии принципа триединства – времени, места и действия; 3) Особенности поэтического языка анализируемых произведений. Такое построение исследования, несомненно, придает ему необходимую стройность и одновременно оправдывает некоторое единообразие языка описания.
Во Введении четко сформулированы впоследствии реализованные цели, задачи и методы изучения «новой поэзии», материал которой буквально по крупицам был собран автором работы. Можно было бы упрекнуть диссертанта в том, что она ограничивается вначале практически перечислением имен своих немногочисленных научных предшественников, почти не затрагивая сути их исследований. Тем не менее, далее, по ходу анализа собранного ею материала, Л.А.Стрельцова в необходимых случаях скрупулезно ссылается на существующие данные по теме диссертации.
Первая глава работы включает объяснение термина «новая поэзия», показывает роль этого течения в литературе хинди, причем сделанные выводы проецируются на творчество поэтов Бангладеш и Непала; кроме того, автор устанавливает связь «новой поэзии» Северо-Восточного региона Индийского субконтинента с европейским модернизмом и определяет основные темы этого литературного явления.
Однако сама постановка вопроса о периодизации литературы нового времени содержит, как представляется, внутреннее противоречие (см., например, с. 24 о параллельном существовании разных литературных явлений в современной литературе Непала). Диссертант, ощущая это противоречие, правомерно обозначает эти явления терминами «литературное течение», «направление» и т.п., исследуя их в рамках общей картины современной поэзии региона.
Не вызывает ни малейшего сомнения общий вывод Л.А.Стрельцовой о том, что «новая поэзия» как явление может рассматриваться в русле влияния западного модернизма на литературный процесс Востока. Следует согласиться с автором диссертации также и в том, что речь идет о поэтах, которые принадлежат, как бы ни были разнонаправлены их творческие искания, к культуре традиционной, существенно отличной от западной, о поэтах, которые испытывают серьезное влияние (если не сказать – давление) многовековой литературной и культурной традиции. Иными словами, индийский модернизм следует путем, который проложен Западом, но в то же время, в силу особой сохранности культурной традиции Индии, подвержен неизбежной от нее зависимости. Правомерно поэтому утверждение диссертанта о том, что для выявления характерных черт «новой поэзии» Индии необходимо установить связь этого литературного течения с традиционной поэтикой, с одной стороны, и с западным модернизмом – с другой. Поэтому в дальнейшем имело бы смысл компактно очертить основные черты обоих явлений – и индийской классической поэтики, и модернизма с его поиском новых форм «деперсонализации» поэзии, протестом против «унылого реализма» (К.О.Юнусов. Арабская вязь. СПб, 2012. С. 239). Весьма важную особенность «новой поэзии» подмечает автор работы, говоря об отклике индийского модернизма на политические события своего времени, на фоне чего поиски новой формы стиха, за некоторыми исключениями, выглядят, как можно заключить из работы Л.А.Стрельцовой, едва ли не вторичными. При обостренном чутье на формальные новации, индийские «новые поэты», сохраняя в своем творчестве, в отличие от западных, ощутимую связь с социально-политическими явлениями, считают своей основной задачей «раскрытие эмоционального состояния героя» (с. 29).
Необходимо отметить, что диссертант надежно владеет терминологией структурно-типологического анализа и не испытывает соблазна использовать инструментарий индийской средневековой (и это стоит подчеркнуть!) поэтики для анализа литературы нового времени. Единственное исключение здесь – это попытка обнаружить аналогию с гуной оджас, говоря об использовании поэтом Г.М.Муктибодхом звукописи и избыточного количества сложных слов «для создания стилистически маркированной речи» в произведении героической (!) направленности (с. 94). Между тем поэма «В темноте», посвященная, как убедительно показывает автор диссертации, духовным исканиям, преображению личности героя, далека от героической тематики, а отмеченные приемы – звукопись и избыточность композит – свойственны многим произведениям средневековой индийской словесности.
В то же время следует подчеркнуть, что впервые в литературоведении и, на мой взгляд, весьма удачно к материалу индийской поэзии применена современная концепция М.Л.Гаспарова о связи ритма и синтаксиса в свободном стихе.
Понимание особенностей «новой поэзии» Северо-Восточного региона Индийского субконтинента позволило диссертанту разработать собственную методику исследования поэтического текста, содержание которого анализируется по трем параметрам – время, место и действие (последнее понимается как эмоциональная и физическая активность лирического героя). При рассмотрении поэтического языка произведения делается упор на специфику его композиционной структуры и ритмико-синтаксической организации.
Эта методика, начиная с главы второй, которая посвящена поэме Г.М.Муктибодха «В темноте», последовательно применяется к анализу «новой поэзии» не только хинди, но и всего указанного региона. Открытым для обсуждения является, однако, предположение автора об обязательном для «новой поэзии» характере единства времени, места и действия. Это утверждение верно для данной поэмы, тщательному разбору которой посвящена внушительная по объему и, как видно из дальнейшего, «модельная» для всего исследования вторая глава представленной диссертации. Однако материал других, отдельно взятых литератур Индийского субконтинента может и не соответствовать этому тезису в полной мере. Поэтому в будущем диапазон привлекаемого материала должен быть расширен. В то же время сам принцип исследования текста по заданным параметрам, предложенный автором, безусловно, может оказаться продуктивным в применении к поэтическим произведениям и за рамками индийской литературы.
В процессе рассмотрения творчества Г.М.Муктибодха диссертант приходит к ряду оригинальных выводов. В частности, основываясь на работах известных российских санскритологов Ю.М.Алихановой и М.А.Русанова, Л.А.Стрельцова подчеркивает жанровую преемственность традиции индийской словесности даже в условиях ее отрицания «новой поэзией», говоря о сходстве поэтики этого автора и санскритского жанра «большой поэмы» махакавья.
Ряд фрагментов поэмы Г.М.Муктибодха иллюстрирует специфику индийского мировосприятия, отмеченного живучестью в нем древнего мифологизма (с. 55). Например, ногами герой ощущает просторы земли, руками – стороны света, дыханием – атмосферу, головой – небо. Ясно, что это не что иное, как образ из знаменитого гимна «Пурушасукта» (Ригведа Х. 90), образ, пронесенный традицией через тысячелетия, используемый эпосом и даже классической литературой. Другие примеры, апеллирующие к древнеиндийской мифологии: «будто небесная Ганга разлилась…» (с. 64); «всеобъемлющий и всепроникающий Брахман-Абсолют» (с. 65); о десяти сторонах света как символе всеохватности, воспроизводящем мифологическую модель индийского космоса.
Рассуждая о времени сюжета анализируемой поэмы, автор диссертации подчеркивает, что символика ее заглавия – «В темноте» значительно шире, чем просто указание на время действия, т.е. ночь. В свете многозначности понятия «тьма» для индийского традиционного мировоззрения (см. с. 48, 49, 52) такое название поэмы явно связано с преодолением тамаса, косного начала, т.е. прозрением героя.
Вызывает несомненный интерес предположение диссертанта о том, что, изображая смену места действия, поэт использует прием, восходящий, возможно, к правилам сценической постановки (с. 75): сначала описывается звуковой фон, тогда как само пространство погружено во тьму, и лишь потом медленно проступают черты окружающего мира.
В соответствии с собственной, глубоко продуманной методикой, с явным прицелом на рассмотрение «новой поэзии» на других языках региона, анализирует автор диссертации особенности поэтического языка поэмы Г.М.Муктибодха «В темноте». Единственное, что можно отметить в числе издержек принятой схемы анализа поэтического текста по трем параметрам (время, место и действие), так это рассредоточенность по этим весьма содержательным рубрикам главных поэтических образов и используемых средств выразительности. Однако такая размытость изобразительных приемов почти неизбежна как следствие принятой структуры анализа. На следующем этапе работы над темой этот пробел будет, несомненно, восполнен.
Данное течение в поэзии хинди (и, как далее показывает Л.А.Стрельцова, вообще «новая поэзия» Северо-Востока Индии) открыто провозглашает отрицание норм традиционной поэтики с ее устоявшимися размерами и обращается к свободному стиху. Анализируя ритмико-синтаксические особенности поэзии Г.М.Муктибодха, автор диссертации подтверждает свои выводы многочисленными ссылками на оригинал поэмы, что является несомненным достоинством исследования. Благодаря этим фрагментам особенно отчетливо выглядит тот факт, что традиционная поэтика, вопреки провозглашаемому отказу от нее, направляет вектор исканий «новых поэтов». Таковы звукопись, которая правомерно рассматривается автором работы в рамках всеобъемлющего повтора (с.80, 81), лексико-синтаксический параллелизм (с. 91), использование (иногда избыточное) сложных слов (с. 85, 86) – все это явные отсылки к традиции словесности, ведущей свое начало от Ригведы (ср. с. 82, 91). Осознанным поэтическим приемом, характерным для современной поэзии, можно считать обращение к звукообразу, вписанному в контекст (см., например, с. 81 – о звуке шлепающих сандалий). И тем не менее создание звукообраза есть достояние настоящей поэзии с древнейших времен.
Общий вывод автора диссертации о значительной роли «трансформированных приемов» санскритской поэтики в творчестве Г.М.Муктибодха (с. 94) выглядит абсолютно верным и убедительно доказанным.
В третьей главе работы Л.А.Стрельцовой очерчен круг авторов хинди, творчество которых по целому ряду признаков подходит под определение «новая поэзия». И здесь закономерным является вывод о том, что для этого литературного течения, сформировавшегося под влиянием западной философии и эстетики, показательно соединение мотивов и образов европейского модернизма с индийскими. Диссертант уточняет, что специфическим признаком этой поэзии в целом является обращение к современным политическим темам и поиски новой формы – свободного стиха (с. 96-99), не лишенного, впрочем, глубоко укорененной в индийской традиции словесности черты, а именно – «повтора на всех уровнях текста» (оценка Т.Я.Елизаренковой стиля Ригведы).
Если принцип триединства основных параметров содержания в применении к отдельному произведению крупного жанра – такова поэма Г.М.Муктибодха – оказался плодотворным, то разрозненные стихотворения сразу нескольких поэтов не дают целостной картины. К примеру, в ряде стихов, по словам автора работы, нередко «временные рамки размыты», «нет четких временных координат» (с. 105). Между тем, анализ «новой поэзии» региональных литератур исходя из отражения в поэзии времени, места и действия персонажей, способен выявить и обобщить доминирующие черты поэтического содержания.
Действие в «новой поэзии» хинди перенесено в городскую среду, традиционная общинная жизнь выглядит разрушенной, мир ирреального наполняется отзвуками реально происходящих событий. Наряду с идеями экзистенциализма, для которого время – лишь миг, в поэзию входят представления о временнóм циклизме, включающие древнейший традиционный образ губительного «Колеса Времени» (с. 105). В описании поэтов возникают места, где проходит обыденная жизнь человека: это город, дом, базар, местность около воды, традиционно окруженная ореолом святости (с. 108-113). Внимание к внутреннему миру человека, к движениям его души является, как показывает диссертант, одним из достоинств «новой» лирики. Акцентируя на этом внимание, здесь, как и вообще в работе, автор широко применяет свое знание языка оригинала (в данном случае – хинди): так, показателен перечень глаголов, показывающих ход городских событий, – с. 121.
Художественная специфика творчества «новых поэтов» хинди, отказ от традиционных санскритских размеров обуславливает их обращение к свободному стиху, однако при этом в составе параллельных конструкций часто используется рифма (с. 122-123); как «мера внутреннего повтора» широко употребляется звукопись. Подробно и четко, опираясь на теорию М.М.Гаспарова, автор диссертационной работы описывает такие новации поэтов хинди, как анджамбманы, т.е. стихоразделы, которые разрывают синтаксические связи внутри стиха (с. 126). Диссертант приводит примеры того, как поэты экспериментируют с японскими и арабскими размерами (хокку, газель), которые столь же несвойственны индийской традиции, как и графическое оформление текста «лесенкой» под влиянием В.В.Маяковского (с. 128), граничащие в ряде случаев с эпигонством.
Обоснованно заключение Л.А.Стрельцовой о том, что «новые поэты» хинди умело сочетают традиционные поэтические приемы (естественно, в трансформированном виде) с новаторскими, однако их творчество лишено единства и в выборе тематики, и «в адаптации новых художественных средств» (с. 137).
Четвертая глава, рассказывающая о «новой поэзии» в бангладешской и непальской литературах, состоит из двух соответствующих разделов, каждый из которых открывается, как и ранее, когда речь шла о литературе хинди, кратким очерком важнейших общественно-политических событий (раздел Индии и появление республики Бангладеш), которые повлияли на литературный процесс в регионе и обусловили набор тем произведений «новых поэтов» (с. 139-140). Последовательно применяя собственную схему анализа к поэзии этого региона, Л.А.Стрельцова показывает, что пространственно-временные параметры ее содержания, равно как и избираемые темы, ограничены заданными рамками. И здесь в поэзию вторгается современность, отголоски недавнего прошлого – борьбы за отделение Бангладеш от Пакистана, войны 1971 года и т.д. Диссертант отмечает специфику воплощения времени в стихах непальских поэтов: упоминание о его цикличности объясняется, как и в поэзии хинди, традиционными мотивами (с. 162-164).
Место действия, вдохновляющее поэтов Бангладеш и Непала, как это свойственно «новой поэзии», – тот край, где протекает их жизнь, его пейзажи, а само действие сосредоточено в основном, на эмоциональных проявлениях человека. Чрезвычайно удачен проделанный Л.А.Стрельцовой анализ поэтических мотивов, связанных с изображением поэтами таких абсолютно узнаваемых мест, как город, дом, улица, базар (с. 168-172). Этот анализ подтверждает возможность применения в дальнейшем разработанной диссертантом методики исследования к изучению «новой поэзии» всего Индийского субконтинента.
К числу особенностей художественного языка, которые, в соответствии с набором выявленных диссертантом признаков, можно считать свойственными «новой поэзии» Бангладеш и Непала, автор диссертации правомерно относит отказ от традиционной санскритской метрики, использование белого стиха, лексико-синтаксический параллелизм, европейские знаки препинания и т.п. – словом те же самые черты, которые присущи «новой поэзии» хинди. Однако в бангладешской и непальской литературах эти черты проявляют себя лишь в виде отдельных тенденций, причем у различных авторов по-разному (с. 158).
Если «новая поэзия» хинди нашла отражение в научных исследованиях, то системное изучение литературы Бангладеш и Непала современными методами проходит, как можно заключить из диссертации, один из начальных своих этапов, и в этот процесс ее автор, несомненно, вносит свой весомый вклад.
В заключение необходимо подчеркнуть, что диссертационная работа Л.А.Стрельцовой имеет серьезное научно-практическое значение, которое состоит, в первую очередь, в том, что полученные ею выводы и обобщения могут быть использованы литературоведами широкого профиля. Сама же работа, после устранения некоторых недочетов, прежде всего – стилистических, может служить надежным практическим пособием, причем не только для студентов, изучающих хинди, бенгальскую и непальскую литературу, но и для будущих специалистов в области других языков и литератур.
Высказанные в данном отзыве отдельные замечания не меняют общего благоприятного впечатления о диссертации Л.А.Стрельцовой. Солидная филологическая основа этого востоковедного исследования получила отражение в обширном Списке использованной литературы (87 названий) на пяти языках – русском, английском, хинди, бенгальском и непальском. Особо стоит отметить добротное качество сделанного автором работы перевода ряда произведений исследуемых поэтов. Здесь, как и при общем осмыслении обширного материала, ощущается роль научного руководителя диссертации – Е.К.Бросалиной. Язык этой работы, выполненной на высоком научно-теоретическом уровне, в целом отвечает требованиям современного литературоведческого анализа.
Представленная диссертация, посвященная проблемам «новой поэзии» Северо-Восточного региона Индийского субконтинента, является самостоятельным исследованием, содержащим ряд новых теоретических обобщений касательно состояния литературного процесса в регионе, совокупность которых можно расценивать как серьезный шаг в развитии отечественного литературоведения.
Публикации и автореферат Л.А.Стрельцовой отражают основные положения диссертации.
Диссертационная работа Лилии Александровны Стрельцовой «“Новая поэзия” в литературах Северо-Восточной Индии (на примере хинди, бенгальского и непальского языков)» по своей актуальности, научной новизне, существенному вкладу в изучение новоиндийской литературы, а также практическому значению, соответствует требованиям Положения о порядке присуждения ученых степеней (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 24.09.2013 №842 «О порядке присуждения ученых степеней»), предъявляемым к диссертациям на соискание ученой степени кандидата наук, и автор диссертации, несомненно, заслуживает присуждения ей степени кандидата филологических наук по специальности 10.01.03 – литература народов стран зарубежья (литературы народов стран Азии и Африки).
Доктор филологических наук
ведущий научный сотрудник
Отдела Центральной и Южной Азии
Института восточных рукописей РАН С.Л.Невелева